We gave them dreams - and what did they dream? (c) Ayreon
Первым моим сенсеем или типа того была мой репетитор по английскому в детстве. Расово-верная бальзачка, которая учила меня по мрачнейшим стихам. Не только стихи были мрачными. Она часто давала мне упражнения, где предложения звучали следующим образом:
- Они купили кровать, но она оказалась твердой
- Он поступил в институт, чтобы впоследствии понять, что он настоящая посредственность
- Мы пришли в ресторан, но официант был груб, хлеб был несвеж и мы написали жалобу
и т.п.
Или например такой стих(здесь будут лишь перевод, английского оригинала я не помню):
Пол скрипит,
Дети плачут,
Растения умирают,
Солнце заходит
И только смерть ждет нас в конце...
На любой аспект обучения английскому находилась какая-нить мрачная история. Но мне это нравилось. В виду всего вышесказанного, я до сих пор помню, как мы рассуждали о философии этого классического nursery rhyme:
For every evil under the sun
There is a remedy or there is none
If there be one, seek till you find it
If there be none, never mind it
- Они купили кровать, но она оказалась твердой
- Он поступил в институт, чтобы впоследствии понять, что он настоящая посредственность
- Мы пришли в ресторан, но официант был груб, хлеб был несвеж и мы написали жалобу
и т.п.
Или например такой стих(здесь будут лишь перевод, английского оригинала я не помню):
Пол скрипит,
Дети плачут,
Растения умирают,
Солнце заходит
И только смерть ждет нас в конце...
На любой аспект обучения английскому находилась какая-нить мрачная история. Но мне это нравилось. В виду всего вышесказанного, я до сих пор помню, как мы рассуждали о философии этого классического nursery rhyme:
For every evil under the sun
There is a remedy or there is none
If there be one, seek till you find it
If there be none, never mind it
я тебе давно обещала английскую колыбельную
Baby, baby, naughty baby,
Hush, you squalling thing, I say.
Peace this moment, peace, or maybe
Bonaparte will pass this way.
Baby, baby, he's a giant,
Tall and black as Rouen steeple,
And he breakfasts, dines, rely on't,
Every day on naughty people.
Baby, baby, if he hears you,
As he gallops past the house,
Limb from limb at once he'll tear you
Just as pussy tears a mouse.
And he'll beat you, beat you, beat you
And he'll beat you all to pap,
And he'll eat you, eat you, eat you,
Every morsel snap, snap, snap.